Доносы и допросы: Генпрокуратура вводит цензуру в кино?

Want create site? Find Free WordPress Themes and plugins.

Доносы и допросы: Генпрокуратура вводит цензуру в кино?

Этот пост известного русского кинокритика и куратора Бориса Несуразно вызвал практически бурю в синематографическом обществе страны – сотки откликов и объяснений от коллег, возмущенных дичайшим положением дел в российском кино, которое вопреки всем конституциям подвержено жесточайшей цензуре.

 

Вот что пишет Несуразно:

«На последующей недельке в кинозалах должен выйти кинофильм Ксюши Ратушной «Аутло» (продюсер Верника Чибис, прокат Владислав Пастернак).

 

Доносы и допросы: Генпрокуратура вводит цензуру в кино?

Ну по последней мере в тех кинозалах, которые ещё не испугались и не сняли картину с репертуара. Как, к примеру, Третьяковская галерея: они продавали день билеты на особый сеанс с представлением Егора Беликова и по звонку сверху, как я понимаю, показ отменили, невзирая на уже проданные 10-ки мест. Анонс стёрт с веб-сайта.

Для тех, кто не слышал о кинофильме, процитирую кинокритика Алексея Васильева. Он написал в своём тексте: «Для сегодняшних старшеклассников «Аутло» может стать фильмом поколения так же, как «Асса» стала таковым фильмом для школьников перестройки». «Аутло» — а именно, ЛГБТ-драма, что, видимо, и послужило предпосылкой всех заморочек. Принципиальное замечание: у «Аутло» есть прокатное удостоверение, выданное Министерством культуры, другими словами кинофильм официально разрешен к показу (о этом ниже).

В марте этого года мы с Анисей Казаковой провели российскую премьеру «Аутло» в государственном конкурсе «Духа огня», программным директором («председателем отборочной комиссии») которого я пробыл четыре года. Кинофильм получил основной приз из рук классного жюри: Павел Руминов, Нижина Сайфуллаева, Алексей Щупов и Наташа Меркулова. Павел Кармашков вручил приз за наилучшую музыку, а Юрий Шайгарданов — за наилучшую операторскую работу. Это три независящих друг от друга жюри. (И от их это тоже потребовало известной смелости).

Хоть какой куратор, работающий в Рф, понимает на своём опыте, что такое цензура и самоцензура. Тем не наименее, ничего сопоставимого с давлением во время показа «Аутло» я не припомню в собственной жизни. Весь фестиваль я провёл с телефоном, по которому часами и часами общался с различными инстанциями.

Здесь я должен обмолвиться: к чести управления Ханты-Мансийского автономного окрестность я могу сказать, что никогда ни со стороны аппарата губернатора, ни со стороны генерального спонсора даже не дискуссировался вопросец о отмене показа. Это просто было невообразимо. Я понимаю, что таковая поддержка и таковая адекватность — это уникальность, потому я от всей души признателен.

Фактически, вначале не шло речи о цензуре со стороны инстанций власти. Напротив, всё началось как проявление того самого низового активизма из прелестной Рф грядущего: как в случае с «Дау» на Берлинале, возникли возмущенные представители общественности, которые начали писать официальные письма, также протесты в соц сетях («москвичи везут разврат на чистую сибирскую землю», весьма знакомая риторика). В итоге, они даже вызвали нам на показ полицию, которая тоже была корректна. Возрастной ценз «Аутло» 18+. А именно, я лично стоял на входе в зал и инспектировал паспорта зрителей. Опосля сеанса их выборочно проверила и правоохранительные органы, которая не отыскала каких-то нарушений.

Фестиваль закончился. Я был весьма счастлив: это был, на мой взор, наилучший наш фестиваль за эти четыре года, невзирая на кризис с эпидемией.

Весь мир ушёл на карантин, а к нам пришёл товарищ майор (активисты дописались до омбудсмена по правам деток, как я понимаю). Когда тебя инспектирует генеральная прокуратура, это вправду весьма жутко, поэтому что ты постоянно неправ. Если к для тебя пришли с проверкой, то это означает, что ты уже априори повинет. И во всём подозрителен.

Почему был показан кинофильм? Так мы же фестиваль, мы показываем киноленты, а «Аутло» к тому же имеет прокатное удостоверение от Минкульта. Почему до вас его не демонстрировали в Рф? Так наш фестиваль стремится демонстрировать русские премьеры, другими словами первыми показывать киноленты. Почему опосля вас его не демонстрировали в Рф? Так по окончании нашего фестиваля же закрыли кинозалы по всей стране, товарищ следователь. Почему на церемонии закрытия на сцене были несовершеннолетние танцовщицы, выносившие заслуги, когда при их произносилось слово «Аутло»? Товарищ следователь, слово «Аутло» не считается {само по себе} ЛГБТ-пропагандой.

Почему ваш каталог не упакован в целофан? Почему вы избрали этот кинофильм, а не иной? Почему у вашего отборщика нет образования ВГИКа? Предоставьте протокол с печатями отборочной комиссии, принявшей решение показать кинофильм. А где оценочный лист? Вы же ставили баллы фильмам, где заверенный лист? По каким аспектам было принято решение отобрать этот кинофильм?

Все вопросцы — настоящие. Всю весну коллег из Ханты-Мансийска таскали на допросы. Поднимали записи с камер в кинозале. Простите за банальность и штамп, но это вправду Кафка. Не было нарушено ни 1-го закона (возрастной ценз соблюден, прокатное удостоверение есть, хотя и о этом раздельно, но даже оно по закону не надо для показа на фестивале), но если проверка пришла, она же не может уйти ни с чем? Уже полгода моя команда, ну и я тоже, пишет пояснительные, отвечает на вопросцы, оправдывается. Абсурдные вопросцы повторяются по кругу. На прошлой недельке вот пришло уже новое письмо от прокуратуры по запросу какого-то депутата. Нарушений закона нет и быть не может, да и что с того? Вы повинны, объясняйтесь.

Сейчас я сообразил, что у меня больше нет сил. Я сломался.

Я понимаю, что на самом деле я растерял фестиваль. Он был делом моей жизни эти годы. Хоть какой человек из тех, кто был рядом, понимает, что я вкладывал в «Дух огня» все свои силы, время, познания, экспертизу, время от времени даже средства. Из-за безграничных сложностей по организации фестивалей в нашей стране, я понимаю, что выходило воплотить в наилучшем случае половину из загаданного, а 90% собственного времен и сил я растрачивал не на кураторскую работу, а на дипломатию и политику.

 

Доносы и допросы: Генпрокуратура вводит цензуру в кино?

Тем не наименее, это были мои наилучшие годы и наилучшее из того, что я когда-либо делал. И неописуемая команда. Аниса Казакова, собиравшая российские конкурсы. Анна Рубан — думаю, наилучший продюсер в Рф (по последней мере я лучше не встречал). Но о этом я напишу отдельный пост с мемуарами о неплохом. На данный момент мы о другом. О нехорошем.

Ситуация последующая: мне сказали, что Министерство культуры пока что отзывает финансовую поддержку «Духу огня» и грозит невключением фестиваля в реестр (а это фактический запрет на проведение). Да, конкретно так: Министерство культуры выдало прокатное удостоверение кинофильму, за показ которого сейчас наказывает фестиваль. Как так выходит, я не понимаю.

Светлана Максимченко, мы с вами вкупе делали эхо «Духа огня» в Москве в «Москино»; я задумывался, что мы горим каким-то синефильским и сущностным делом, а оказалось, что оно вредное, противоречит интересам культуры и заслуживает лишь порицания…

 

Про Минкульт эта информация прошлой недельки, опосля что я сломался и не стал подступать к телефону. Но это совсем непринципиально, если недельку спустя вдруг Министерство культуры сменит гнев на милость. В местном департаменте культуры Ханты-Мансийска нам произнесли прямым текстом, что сейчас будут с микроскопом смотреть за каждым отобранным фильмом и надзирать любой наш шаг. Как будто бы без этого фестиваль было созодать просто и не приходилось на любом шагу преодолевать сопротивление, чтоб всё-таки воплотить видение; сделать фестивалю некий образ, а не попросту превращать его в склад кинофильмов.

Эти полгода я молчал, покорливо отвечал на нескончаемые запросы надзорных органов о нашей «криминальной деятельности». Нами с Анисей Казаковой недовольны все: и от коллег, и от прямого начальства мы тоже месяцами выслушиваем, что мы подставили фестиваль, подвели команду, вышли за двойную сплошную. По сути конкретно такие вещи больше всего тебя разламывают (и вызывают в остальных вариантах самоцензуру).

И что сейчас, если мы желаем продолжать созодать фестиваль, мы должны не делать выпендриваться и согласовывать любой шаг. (А Анисе продолжают при всем этом хейтеры в личку писать письма и опасности).

Четыре года я постоянно молчал, соглашался, шёл на компромиссы и отставлял в сторону чувство собственного плюсы. Но вообще-то у меня тоже есть имя, репутация; в конце концов, просто можно узреть, как много было изготовлено нашей командой на фестивале за эти годы и как мы не формально, а по-настоящему отдавали себя этому делу. Я реально горжусь «Духом огня» и вижу, что он был здорово изготовлен по гамбургскому счету. Даже если никогда не слышал слов благодарности, а лишь упрёки.

Потому на всё это я могу сказать лишь последующее.

Если б я мог на машине времени возвратиться в прошедшее, то я понимаю буквально: я бы показал бы ещё раз «Аутло», зная вся последствия. Ксюша и Вероника, спасибо для вас за эту честь. Я не понимаю для чего существовать вообщем фестивалю дебютного кино, если на нём не будет показываться самое колоритное, профессиональное и необыкновенное?

За четыре года нашей работы на «Духе огня» показ «Аутло» стал самым вдохновляющим сеансом государственного конкурса: у нас был полный зал, классное обсуждение. Я не понимаю, кто эти люди, которые пробуют запретить показ кинофильмов (что быть может смешнее?). Я лишь понимаю, что в зале были взрослые зрители с различными вкусами и различным образованием, и они способны сами решить, что им глядеть, а что нет. И наш фестиваль их уважает.

Потому я не вижу и не понимаю, как вероятен какой-нибудь предстоящий разговор и продолжение этого дела. Без профессионального, сложного, тотчас провокативного кино неясно, для чего нужен фестиваль, а если необходимо сейчас заверять любой шаг и каждое движение, то неясно, для чего нужен я фестивалю. Таковой обычной вывод.

***

К огорчению, мой пост вышел очень длинноватым, а самое принципиальное я оставил для конца. Дело не в определенном случае моего личного поражения на фестивале «Дух огня». Но весь год вроде как мы радуемся перемене мест слагаемых в Министерстве культуры, приходу туда вольных, юных и образованных людей. Почему тогда только совершенно немногие из организаторов фестивалей и кураторов тогда молвят о том, что:

— Практика использования «прокатных удостоверений» для запрета неугодных кинофильмов является прямой цензурой;

— Введение реестра кинофестивалей и необходимость в него вступать является прямой цензурой;

— Запрет непреличной лексики в кино является прямой цензурой;

— Закон о «ЛГБТ-пропаганде» является фашистским и соответствует юридической системе Третьего рейха, а не страны в 21-м веке.

И программа-максимум (а по сути минимум): добиваться отмены этих законов. Это и есть главные вопросцы сейчас к Министерству культуры.

Но если вы сами ввели эти законы и правила, то хотя бы:

— СОБЛЮДАЙТЕ САМИ СВОИ ЗАКОНЫ (а не посылайте полицию полгода инспектировать фестиваль, который показал для зрителей 18+ получивший прокатное удостоверение кинофильм, и не наказывайте потом).

А коллег я прошу хотя бы закончить всего страшиться и не делать цензурировать самих себя.

Практически на прошлой недельке человек, который у нас у всех в друзьях на фейсбуке, пробовал сорвать крутейшему фестивалю показ короткометражки (!) из Роттердама. Не по звонку «от начальства», а просто вроде бы что не вышло.

Максим Павлов, а вас мне хотелось спросить о одном: когда мы с Полиной Прибытковой работали в «Иллюзионе», вы в властной форме добивались от нас абсолютной прозрачности, открытости и общественного обсуждения всех дел Госфильмофонда. Почему же вы не даёте никаких объяснений по поводу запрета у вас в Третьяковке показа «Аутло»?»

ПОНРАВИЛАСЬ СТАТЬЯ: Доносы и допросы: Генпрокуратура вводит цензуру в кино? — поделись ссылкой на НАШ веб-сайт

Did you find apk for android? You can find new Free Android Games and apps.

0 Comments Join the Conversation →


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

9 + четырнадцать =